О нас
Полиграфия
Газета
Фотогалерея
Партнеры
Новые маршруты
Размещение рекламы
Оснащение гостиниц
Календарь выстовок

   
Газета "ТЕРРА ТАВРИКА" #2, 27 февраля 2012
 

«ПУТЬ НА ПОЛЬЗУ»

Начало в № 1

В мае нынешнего года исполняется 225 лет путешествия, предпринятого императрицей Екатериной II из Санкт­Петербурга в Крым.

В 2007 году газета «Терра Таврика» опубликовала большой материал, рассказывающий о грандиозном туре, положившем в 1787 году начало крымского туризма. За минувшие после публикации пять лет появилось немало новых сведений и артефактов, посвященных путешествию Екатерины II. Представляю их вниманию читателей.

Бахчисарай

20 мая Екатерина торжественно въехала в Бахчисарай. Этот город был одним из важнейших пунктов путешествия. Бывшая столица враждебного государства уже, казалось бы, лежала у ее ног. И тут, на подъездах к Бахчисараю, произошел случай, который едва не обернулся трагедией: на крутом спуске кони не могли удержать тяжелую карету, в которой ехала  Екатерина. Но местные татары не растерялись и, буквально бросившись под копыта и колеса, спасли жизнь императрице.

Впрочем, свидетели утверждают, что это приключение не омрачило настроения императрицы. Еще бы! Граф Сегюр в своих записках отмечал: «Императрица наслаждалась удовольствием возсесть на мусульманский престол, завоеванный ея оружием».

Бахчисарай основательно готовился к приезду высочайшей особы. Правитель Таврической области Коховский получил предписание Потемкина: «Всячески стараться прибрать Бахчисарай наилучшим образом, подправить в оном крыши на домах, а трубы подбелить, изготовить сколько можно больше плошек для освещения города ночью, большую улицу застроить хорошими домами и лавками». «Развалившиеся дома и лавки, стоявшие у моста при въезде во дворец, сломаны, а каменья для обделывания берегов реки, текущей около дороги, навожены», - рапортовал правитель области. При въезде в город построили арку, её замковый камень был украшен надписью: «мая 1787 года».

Расположились в бывшем Ханском дворце. К приезду Екатерины Хан-сарай подвергся основательной реконструкции. Это понятно: она находилась здесь целых три дня!
С наступлением ночи гости наблюдали потрясающее зрелище: склоны ущелья, в котором прятался город, окрестные скалы, все дома в округе вдруг осветились многотысячными огоньками. Казалось, крохотные звезды вспыхнули над Бахчисараем, чтобы приветствовать высокую гостью.

Всем казалось, что они находятся в каком-то волшебном городе из сказок Шахерезады. Город, после «покоренья Крыма» опустевший, вдруг наполнился жизнью. Проезжая в сторону Успенского монастыря и потом на Чуфут-кале, путники видели многочисленные кофейни, заполненные нарядно одетыми посетителями, и лавочки с обилием экзотических товаров… По свидетельству Сегюра, «несмотря на резкое уменьшение численности населения после завоевания, в Бахчисарае проживало еще девять тысяч жителей, являющихся в своем большинстве мусульманами. Политика Екатерины не стесняла ни их торговли, ни их религии, она позволяла им во всем следовать своим древним традициям».

Весь советский период в экспозиции Ханского дворца любовно сохранялась «Екатерининская комната», бывшая ханская опочивальня, главными экспонатами которой были портрет императрицы работы знаменитого Рокотова (интересно, что точно такой же портрет выставлен в экспозиции музея в Царском селе!) и кровать. По наблюдению художницы и писательницы Елены Нагаевской, «походное высочайшее ложе (тривиальное слово «кровать» было бы неуместно) вероятно, оставлено тут не без умысла. Дескать, её величество у себя дома и в любое время может вернуться, чтобы самолично властвовать в Бахчисарае и Тавриде». С другой стороны, на царское ложе эта довольно скромная кушетка никак не была похожа; она была узкой и довольно короткой. Помнит ли главный экспонат бывшей «Екатерининской комнаты» императрицу – история умалчивает. Тем не менее, эта самая кровать долгие годы была объектом повышенного внимания публики.

  

В 1996 году, с изменением политической ситуации, «Екатерининскую комнату» разобрали. Музейщики от греха подальше убрали в запасники знаменитую кровать и два дубовых шкафа, также стоявших в опочивальне императрицы. Портрет, мундир Екатерины и походный туалетный столик перекочевали в Художественный музей Бахчисарайского заповедника.

 Память о пребывании императрицы в Бахчисарае сохраняет отреставрированная «Екатерининская миля». В отличие от других, она украшена памятной надписью на русском и арабском языках: «Блаженной памяти Императрица Екатерина II изволила быть в Бахчисарае в 1787 году мая 14». Миля была украшена двуглавым орлом, о котором позже напишет Анна Ахматова:

И орла Екатерины
Вдруг узнали – это тот!
Он слетел на дно долины
С пышных бронзовых ворот.
Действительно, изображение имперского герба было перенесено на «милю» с «Железных», или «Посольских» дверей Ханского дворца, на которых он был установлен к приезду Екатерины.

Что касается арки, украшавшей въезд в Бахчисарай, она была разрушена в 1944 году. Замковый камень, на котором высечена дата приезда Екатерины в Крым, находится в фондах Бахчисарайского историко-культурного заповедника.

Инкерман
Утром 22 мая путешественники отправились в Севастополь. Туда была проложена новенькая дорога. На Мекензиевом хуторе поменяли лошадей, и к обеду были в Инкермане. Обед проходил по-обычному – чинно и пышно: смена блюд, приятная музыка, неспешные беседы.

И тут Светлейший князь, большой любитель спецэффектов, подготовил гостям грандиозный сюрприз. По его команде занавес, скрывавший большой балкон, обращённый к Ахтиарской бухте, внезапно раздвинулся, и изумлённые участники увидели… город! А на рейде красовался флот: линейные корабли, фрегаты, транспорты.

«Нам казалось непостижимым, каким образом в 2000 верстах от столицы, в недавно приобретенном крае, Потёмкин нашел возможным воздвигнуть такие здания, соорудить город, создать флот и поселить столько жителей. Это действительно был подвиг необыкновенной деятельности!», - писал Сегюр о посещении Севастополя.

Приветствуя высоких гостей, корабли и береговые батареи открыли огонь. Гром пушек возвестил Европейское сообщество о том, что Россия пришла на берега Чёрного моря всерьёз и надолго.

Но где же именно происходило это грандиозное действо? По укоренившемуся среди краеведов и историков убеждению, помещение было построено на территории средневековой крепости Каламита; более того, утверждали, что для того, чтобы впечатление от зрелища было максимальным, Потёмкин распорядился снести одну из древних башен. Признаться, автор этих строк тоже разделял это мнение и даже пытался определить место, откуда из Каламиты лучше всего видна Севастопольская бухта. Поиск был не слишком успешным: бухта просматривалась, но не далеко и не выразительно. Странно, что Потёмкин не нашёл для столь важной – политической! - акции другого, более подходящего места.

Мои сомнения разделил севастопольский краевед Александр Шипенко. Он обратил внимание на описание события в обстоятельной книге Г. Есипова «Путешествие императрицы Екатерины II в южную Россию», увидевшую свет в 1890 году: «Здание было построено на самой высоте инкерманских гор. Вид из этого здания был прелестный: на южной стороне деревня, укрепления Феодоро и инкерманская долина, посередине которой протекала речка Черная. По обеим сторонам долины возвышались отвесные скалы из белого камня, в которых иссечено несколько церквей». Если сравнить этот текст с современной ситуацией, взгляд падает на гору Маячную. Такое название она получила в 1820 году, когда на её ровной вершине был построен Нижний Инкерманский маяк.

Но для окончательного прояснения картины нужно было посетить маяк и посмотреть на город и бухту сверху. Командующий Черноморским флотом Российской Федерации дал «добро», и вскоре нас возле КПП встречали представители пресс-службы Черноморского флота.

К маяку идёт довольно пологая дорога, вполне пригодная для движения конными экипажами. Постройки расположены на ровной площадке с крутыми склонами и, очевидно из соображений безопасности, ограждены парапетом. Подходим к нему, приподнимается на цыпочки и – о, чудо! Перед нами открылась картина, которую 225 лет назад красочно описал французский посол граф де Сегюр: «Внезапно отворились двери большого балкона, и взорам нашим предстало величественное зрелище: между двумя рядами татарских всадников мы увидели залив верст на двенадцать вдаль и на четыре в ширину; посреди этого залива в виду царской столовой выстроился в боевом порядке грозный флот».

Сомнений не было: первая «правительственная ложа» Севастополя располагалась на месте нынешнего Нижнего Инкерманского маяка. Строений времен Екатерины здесь, к сожалению, не сохранилось, но потрясшие дипломатов вид на бухту, флот и город – такие же, как 225 лет назад.

Вячеслав ХАЧАТУРЯН

Дизайн и программирование — Студия WebDevelop